Институт белорусской культуры (1922–1928).
Рождение нации и национальной науки

Автор: Александр Груша

Создание

Деятельность Института белорусской культуры (Инбелкульта) явилась одним из основополагающих фактов новейшей истории Беларуси. Институт возник и действовал в условиях реализации национальной политики, проводимой советской властью. Для этой власти указанная политика была лишь политическим манёвром по управлению лояльностью народа, который населял одну из советских приграничных окраин. Для белорусов же она стала великим откровением, которое дало им исторический шанс вернуться в семью европейских народов.

Свидетель событий того времени, в будущем известный историк, Н.Н. Улащик писал: «Беларускі рух рос у геаметрычнай прагрэсіі. Беларусы, нацыянальна свядомыя людзі, перасталі быць навіною, дзівам. Колькасць іх узрастала амаль з кожным месяцам… Быў вялізны ўздым нацыянальнай свядомасці, людзі нечым хацелі праявіць сябе, нешта рабіць не чыноўнае, не абавязковае, але тое, што завецца “для душы”».

Идея основания Инбелкульта впервые была озвучена С.М. Некрашевичем (он предложил и название учреждения) на собрании белорусских работников просвещения и культуры в январе 1921 г., созванном народным комиссариатом просвещения БССР. В это время институт основать не удалось – не хватало сотрудников, денег, не было здания и основательного плана. Идея реализовалась лишь частично. В феврале 1921 г. при наркомпросе была образована Научно-терминологическая комиссия. Она занималась актуальным и важным вопросом создания белорусской научной терминологии, необходимой для подготовки школьных учебников. На основе этой комиссии и был создан Инбелкульт.

Сведения об Институте белорусской культуры как структурном подразделении Академического центра наркомата просвещения идут с осени 1921 г. Но о том Инбелкульте, который заявил о себе в последующие годы, можно говорить лишь с зимы 1922 г. Этот Инбелкульт возглавил С.М. Некрашевич.

Степан Михайлович Некрашевич (1883–1937). Первый руководитель Инбелкульта
Степан Михайлович Некрашевич (1883–1937). Первый руководитель Инбелкульта

Институт белорусской культуры (1922–1928).
Рождение нации и национальной науки

Автор: Александр Груша

Структура. Деятельность

Уникальность учреждения заключалась в том, что как по замыслу его отцов-основателей, так и по его реализации он сочетал в себе две ипостаси. Институт являлся одновременно научно-исследовательским и культурно-общественным учреждением. Он был призван служить не только науке, но и культурному и национальному воспитанию широких масс трудящихся.

Этой цели были подчинены как кадровый состав, так и структура учреждения. В составе Инбелкульта до 1927 г., кроме действительных членов и сотрудников работали и корреспонденты – внештатные, не профессиональные сотрудники из числа активистов города и села, «живые сознательные силы белорусской провинции».

Основу структуры Института составляли секции и комиссии, перед которыми стояли определённые научные и общественные задачи. При этом обязанности проведения научных исследований были возложены на постоянные комиссии, а секции имели характер научных обществ, которые должны были определять направления научной работы, стимулировать исследования и обсуждать их результаты, укреплять связь учёных с общественностью, в частности, посредством проведения открытых научных заседаний. В качестве руководителей и членов секций часто выступали преподаватели высших учебных заведений, в частности, Белорусского государственного университета, сотрудники других учреждений.

На правах постоянной комиссии в 1924 г. при Институте было создано Центральное бюро краеведения (ЦБК). О нём стоит сказать особо. ЦБК было тем плацдармом, при помощи которого Инбелкульт поддерживал связь и осуществлял взаимодействие с широкими слоями белорусского общества.

Работа в области краеведения проводилась с целью содействия в экономическом и культурном строительстве и должна была иметь не столько академический, сколько «общественно-полезный», «производственный» характер.

Инбелкульт активно и с успехом привлекал краеведов к деятельности по сбору материалов живого белорусского языка, фольклора, сведений о метеорологических и фенологических явлениях, сельских промыслах и домашних ремёслах, к регистрации памятников археологии и истории и т. д. При этом чётко очерчивалась граница между работой профессиональных учёных и краеведов. Последним доверялся сбор данных и проведение «простейших исследований», а обработка этих данных было делом «научных специалистов».

ЦБК стимулировало деятельность краеведческих организаций и в деле обслуживания производительных сил местных административно-хозяйственных и культурно-просветительских учреждений посредством предоставления им материала, характеризующего особенности данной территории, её природные и экономические ресурсы.

Густой сетью этих организаций, в которых видели мощную, творческую и деятельную силу, предполагалось охватить всю территорию БССР.

Ещё одна особенность Инбелкульта заключалась в том, что в его структуре действовали организации, изучавшие культуру, историю, язык и литературу национальных меньшинств – Еврейский (с 1924) и Польский (с 1925) национальные отделы. В данное время это были единственные в своем роде организации в СССР, а Еврейский отдел – единственная подобная организация в Европе. Позже при Инбелкульте были учреждены структуры по изучению латышской культуры и истории Литвы.

С точки зрения этой цели, кадрового состава и структуры Инбелкульт был феноменальным учреждением.

На правах секций при Инбелкульте существовали: Ассоциация научной организации труда и при ней психотехническая лаборатория (с 1924), Научное общество по изучению Беларуси при Белорусской государственной академии сельского хозяйства в Горках (с 1925), а также всебелорусское объединение белорусских поэтов и писателей «Маладняк», лишь позже ставшее самостоятельной литературной организацией.

Первое здание Инбелкульта. Современный вид
Первое здание Инбелкульта. Современный вид

В 1922–1924 гг. Инбелкульт продолжал работу по созданию научной терминологии, принимая участие также в подготовке учебников, проведении учительских курсов по белорусоведению, разработке и экспертизе школьных программ, подготовке учебных планов, рекомендации кандидатов в преподаватели высших учебных заведений. Неписанное право Института утверждать школьные программы, а также рекомендовать преподавателей для вузов сохранялось за ним и позже.

Постепенно учреждение развёртывало научную деятельность, расширяя её направления, поставив перед собой задачу объединения всей научной деятельности в Беларуси.

Успехи Инбелкульта к 1924 г. были столь весомы, что он стал вполне соответствовать образу «детища Октябрьской революции» (А. Г. Червяков) и превратился для партийных и советских властей Беларуси и СССР в значимый политический символ государственного подъёма, социалистического и культурного строительства, стал частью имиджевого актива этих властей.

Согласно Положению, утверждённому ЦИК и СНК БССР в июле 1924 г., Инбелкульт объявлялся высшим государственным научным учреждением Беларуси, в задачи которого входило плановое исследование Беларуси в области языка, литературы, этнографии, истории, природы, экономики, социально-общественного движения и т. д., а также объединение в этих областях всей работы, которая велась как научными учреждениями и учреждениями культуры, так и отдельными лицами.

На протяжении 1924–1927 гг. можно наблюдать рост и развитие Института. Увеличивался объём государственных ассигнований на учреждение. Росло число членов Инбелкульта. Если в конце 1924 г. оно составляло 56 человек, то на 1 октября 1926 г. – 224 человека, из них 83 – действительные члены, 74 – сотрудники, 67 – члены-корреспонденты. Расширялась тематика и направления научной деятельности, повышался уровень исследований.

Шёл поиск наиболее оптимальной структуры. В первой половине 1925 г. завершилась реорганизация Института. В это время к активной работе приступили историко-археологическая, литературная, медицинская, природоведческая, сельскохозяйственная секции; комиссии по охране памятников древности, искусства и природы; по составлению словаря живого белорусского языка (словарная); по изучению революционного движения; правописно-терминологическая; по изучению природных производственных сил.

К августу 1925 г. число секций достигло 10, а комиссий – 15. В том же году у Инбелкульта появилась своя библиотека, а в 1926 г. – издательский отдел и типография (кстати, это именно тот издательский отдел, благодаря, в том числе, деятельности которого вышли книги, представленные в цифровой коллекции изданий Инбелкульта; и это именно та библиотека, которая данные издания сохранила).

В подчинение Института в 1925 г. перешёл ботанический сад в Великих Лётцах, а в 1926 г., а фактически в 1927 г. при Инбелкульте был создан Зоологический музей.

Новое здание Инбелкульта, в которое учреждение переехало в 1925 г
Новое здание Инбелкульта, в которое учреждение переехало в 1925 г. Всего через год и оно стало слишком тесным

В 1926 г. известный российский и советский языковед, профессор П.А. Расторгуев так оценил деятельность одной из комиссий Института: «Работы Словарной комиссии превзошли все мои ожидания и вызвали чувство глубокого преклонения перед энергией, с которой ведётся составление словаря».

Институциональная зрелость Инбелкульта проявилась в том, что он стал формулировать задачи государственного значения и важности. По инициативе Института в январе 1926 г. состоялся Первый съезд исследователей белорусской археологии и археографии. Он принял резолюцию, в частности, о целесообразности перемещения архивного фонда Литовской метрики как исторической собственности трудящихся Беларуси из Москвы в БССР и его издания, что было бы санкционировано отдельным постановлением законодательного органа БССР как предмет государственного дела; о постановке перед правительством БССР вопроса о возвращении в музеи Беларуси предметов археологии и искусства, которые были вывезены в разное время за пределы страны и находились в музеях РСФСР; об обращении к правительству по вопросу о возвращении в БССР библиотек, вывезенных из Беларуси.

К началу 1926 г. авторитет и позиции Инбелкульта укрепились настолько, что в феврале он был выделен из состава наркомата просвещения и, «отмечая важность Института белоруской культуры в области научных исследований природных богатств республики, разработки науки и вопросов белорусской, еврейской и польской культур, а также принимая во внимание всё расширяющееся около его работы и усиливающееся влияние на культурную работу края…», преобразован в самостоятельное учреждение и переподчинён непосредственно СНК БССР, а Председатель Президиума Инбелкульта – им стал В. М. Игнатовский, вошёл в состав СНК.

Всеволод Макарович Игнатовский (1881–1931)
Всеволод Макарович Игнатовский (1881–1931). Председатель, а затем президент реорганизованного Инбелкульта

В лице Института белорусская наука достигла первых успехов в её международном признании. В ноябре 1926 г. им была проведена Академическая конференция по реформе белорусского правописания и азбуки. В ней приняли участие учёные не только из Беларуси, но также из РСФСР, УССР, Германии (Макс Фасмер), Польши (Юзеф Голомбек), Литвы (Миколас Биржишка) и Латвии (Ян Райнис, Эрнест Блэссе), представители белорусских национальных меньшинств из Литвы, Латвии и Чехословакии. Эта конференция, по признанию одного из её участников, стала первым научным выходом Беларуси на международную арену. Беларусь показала, что она подготовлена к научным выступлениям международного характера.

Академическая конференция по реформе белорусского правописания и азбуки
Академическая конференция по реформе белорусского правописания и азбуки – первый научный выход Беларуси на международную арену

Успехи Инбелкульта в значительной степени были обусловлены работой и авторитетом выдающихся организаторов и администраторов науки, руководителей Инбелкульта, не оставлявших научную деятельность – С.М. Некрашевича, В.М. Игнатовского, А.А. Смолича, И.Л. Дыло, В.У. Ластовского; руководителей ЦБК Н.И. Белуги, А.З. Казака, Н.И. Касперовича; активной научной позицией, талантом и энергией зрелых, молодых и начинающих учёных Я.Н. Афанасьева, Н.В. Азбукина, Н.Я. Байкова, Н.Ф. Блиодухи, Е.И. Боричевского, П.А. Бузука, И.В.Волк-Левановича, М.И. Горецкого, А.А. Гриневича, Д.И. Довгялло, М.В. Довнар-Запольского, В.Д. Дружчица, С.А. Дубинского, И.И. Замотина, Н.А. Збитковского, Я.Ю. Лёсика, И.Д. Луцевича (Янки Купалы), А.Н. Лявданского, К.М. Мицкевича (Якуба Коласа), Г.Е. Паречина, М.Н. Пиотуховича, К.М. Поликарповича, И.А. Сербова, Б.К. Терлецкого, А.В. Федюшина, А.И. Цвикевича, А.О. Шлюбского, Н.Н. Щекотихина и многих других.

Институт белорусской культуры (1922–1928).
Рождение нации и национальной науки

Автор: Александр Груша

В направлении к реорганизации в Белорусскую академию наук

Был и ещё один фактор, содействовавший росту и развитию Инбелкульта. В планах руководства страны он должен был стать базовым учреждением, на основе которого предполагалось создать Белорусскую академию наук – одну из первых в СССР.

Цепь событий, связанная с созданием этой академии, была запущена 8 октября 1924 г., когда впервые в докладе заместителя народного комиссара просвещения А. В. Балицкого на заседании СНК БССР было сказано, что Инбелкульт «разворачивается в постоянно действующее научное учреждение с тенденцией постепенного превращения в Белорусскую академию наук», и что таким авторитетным научным учреждением, к голосу которого прислушались бы все научные организации не только в советской Беларуси, но и в Западной «должен стать Инбелкульт, реорганизовавшись в постоянно действующее научное учреждение по типу Академии наук». СНК БССР поручил наркомату просвещения реорганизовать Инбелкульт «у пастаянную вышэйшую навукова-даследчую па тыпу Акадэміі навук установу, якая павінна заняцца сістэматычнай і плянавай апрацоўкай пытанняў навукі і культуры, датычных БССР».

Антон Васильевич Балицкий (1891–1937)
Антон Васильевич Балицкий (1891–1937), заместитель народного комиссара просвещения БССР. Он первый из представителей властей Беларуси отметил на официальном уровне о тенденции превращения Инбелкульта в белорусскую академию наук

Идея создания академии, являлась местом консенсуса интеллектуальной, национальной и культурной элиты Беларуси, партийных и советских властей республиканского и союзного уровня. Для этих властей, придававших большое значение символотворчеству, она обладала значительным политическим ресурсом, символическим капиталом, поскольку академия наук создавалась на волне государственного подъёма, социалистического и культурного строительства, которое возглавляла компартия и советская власть. Предполагалось, что белорусская академия наук будет первой и единственной академией, созданной «руками Компартии и советской власти», к тому же не имевшей традиции дооктябрьского времени. Это окончательно подчеркнёт достижения компартии и советской власти в области наук и искусства.

В июне 1926 г. председатель ЦИК БССР А. Г. Червяков в докладе Президиуму ЦИК СССР отметил всё более видное место Инбелкульта во всей системе учреждений БССР. По его словам, «уся дзейнасьць Інстытуту даводзіць, што ён пусьціў глыбокія карэньні ў Беларусі і што грунтоўны характар і зьмест яго працы вядзе да далейшага яго разгортваньня і аформленьня ў выглядзе Беларускай Акадэміі Навук». В резолюции, принятой Президиумом ЦИК СССР по этому докладу, указывалось, что Инбелкульт в своём дальнейшем развитии должен превратиться в белорусскую академию наук. В июле 1926 г. СНК БССР, руководствуясь указанием верховного органа власти постановил: «У звязку з агульнадзяржаўным уздымам Беларусі і буйным развіццём яе эканамічнага і культурнага будаўніцтва, лічыць неабходным з 1926–27 акадэмічнага года надаць Інстытуту беларускай культуры напрамак да паступовага ператварэння яго ў Беларускую акадэмію навук, не пакідаючы пры гэтым прынцыпу сувязі яго праз Нацыянальныя аддзелы, секцыі, навуковыя таварыствы і Бюро краязнаўства з шырокімі працоўнымі масамі».

Александр Григорьевич Червяков (1892–1937)
Александр Григорьевич Червяков (1892–1937). Председатель ЦИК БССР. Активно содействовал преобразованию Инбелкульта в Белорусскую академию наук

Руководство страны содействовало успехам Инбелкульта в реализации идеи его реорганизации в академию. Но когда дело доходило до практических мер и до фактической смены статуса, то оказывалось, что Институт ещё не был готов к реорганизации. Не хватало квалифицированных кадров, научные разработки многих из сотрудников не соответствовали высоким научным стандартам, не было пригодной структуры, отсутствовала необходимая для продуктивной работы материально-техническая база.

С 1926 г. вопрос о реорганизации Инбелкульта стал определяться и внутриполитическими задачами, в частности, степенью контроля за деятельностью учреждения со стороны компартии. А этот контроль был ещё слаб. В штате Института активных коммунистов было мало, их влияние являлось незначительным. В то же время существенная часть беспартийных сотрудников находилась под «значительным влиянием национал-демократических настроений». Они проводили значимую научную работу и пользовались большим авторитетом среди сотрудников. Компартия опасалась, что эти беспартийные сотрудники могут оказаться во главе враждебного ей политического движения интеллигенции. Когда правящая партия в будущем перейдёт к репрессивным методам борьбы с идейными и политическими оппонентами, некоторые из этих беспартийных деятелей созданной Белорусской академии наук, будут сняты с должностей и высланы из Беларуси. Пока же компартии приходилось смиряться с их существованием и деятельностью, поскольку именно эта беспартийная часть Инбелкульта задавала тон деятельности учреждения, символизировавшего успехи революции и советской власти.

Партия принимала меры к занятию главенствующих позиций в идейном и политическом планах. Но ситуация с контролем за деятельностью Инбелкульта с её стороны к концу 1926 г. изменилась незначительно.

С 1926 г. в Институте был сделан особый упор на научно-исследовательскую деятельность, была усилена работа по изучению природы страны.

Согласно плану на 1926/1927 академический год 11 штатных сотрудников Инбелкульта должны были приступить «да акадэмічнай навукова-даследчай работы на новых прынцыпах. Група гэтых супрацоўнікаў, па мыслі Прэзідыума, павінна з'явіцца першай ячэйкай будучай Акадэміі». Что из себя представляли эти принципы, не до конца ясно. Но из этого высказавания следует, что руководство Института проводило чёткую границу между принципами работы существующего учреждения и будущей академии. Инбелкульт жил ожиданиями реорганизации, примерял на себе образ и роль Белорусской академии наук.

В 1927 г. с целью превращения Инбелкульта в академическое учреждение было проведено несколько важных мероприятий. Был принят новый устав, который во многом походил на уставы АН СССР и Всеукраинской академии наук (основана в 1918 г.). Он рассматривался как «академический». Данный устав был утверждён СНК БССР 29 июня 1927 г. Образована организационная структура и реформированы учреждения Инбелкульта в соответствии с принципами и задачами нового устава. Созданы два отдела – отдел гуманитарных наук и отдел природы и хозяйства, два национальных сектора – польский и еврейский; отделы объединяли в себе классы, классы – кафедры; кафедры – комиссии, институты, кабинеты, музеи, лаборатории и др.; национальные секторы (еврейский, польский) делились на комиссии. Образован Академический совет, введены должности президента и вице-президента. В непосредственное подчинение Президиуму были поставлены ЦБК, библиографическая комиссия, комиссия по изучению Западной Беларуси, военно-терминологическая комиссия, комиссия по изучению природных производительных сил, библиотека и типография. Были повышены квалификационные требования в отношении действительных членов и сотрудников.

Но, несмотря на все эти изменения, создание Белорусской академии наук в ближайшее время так и не состоялось. Решающее значение для понимания того, почему и в 1927 г. не произошло преобразование Инбелкульта, имеет один документ. Это перспективный план деятельности Института на 1928/1929–1932/1933 академические годы, который можно датировать весной 1928 г. Оценка состояния учреждения в связи с перспективой его преобразования в белорусскую академию, представленная во вступлении к данному плану, является довольно критической. Из документа проистекает, что Институт имел недостаточное бюджетное финансирование; не хватало высококвалифицированных научных кадров; отсутствовали первичные условия для развития науки (не было помещения, крупных библиотек, архивов и т. д.); существовали трудности, связанные с подготовкой научных кадров, оснащённостью оборудованием, необходимым для научных исследований.

Из этого документа также следует, что руководство Инбелкульта имело ясное представление о том, принятие каких мер должно было обусловить фактическое обретение статуса академии наук, и, что часть этих мер должна была быть реализована в 1928 г.

Итак, власти благоволили развитию Инбелкульта и содействовали воплощению идеи его преобразования в академию наук. Но это преобразование стало долгосрочным проектом. В контексте серьёзных социальных и экономических преобразований приходилось считаться с невозможностью перераспределения материальных средств так, чтобы максимально форсировать создание мощного и авторитетного научного института.

Хронология юридического оформления Белорусской академии наук и её открытия такова: 4 октября 1928 г. Бюро ЦК КП(б)Б решает поставить в ЦК ВКП(б) вопрос о переименовании Инбелкульта в Академию наук «ко времени празднования десятилетия существования БССР – в декабре месяце 1928 года»; 8 октября Политбюро ЦК ВКП(б) принимает решение об удовлетворении этой просьбы; 12 октября Бюро ЦК КП(б)Б поручает составить проект постановления о переименовании Инбелкульта в Академию наук; 13 октября Бюро ЦК КП(б)Б одобряет проект постановления ЦИК и СНК БССР; 26 декабря СНК БССР утверждает устав Белорусской академии наук и первый состав её действительных членов; 1 января 1929 г., в день десятилетнего юбилея БССР, происходит торжественное открытие Белорусской академии наук.

Институт белорусской культуры (1922–1928).
Рождение нации и национальной науки

Автор: Александр Груша

Достижения

Что же было сделано Инбелкультом как первым научным учреждением страны в деле реализации национально ориентированной политики, в контексте всех условий, факторов и стимулов его роста и развития, усилий его руководства и сотрудников в деле институционализации национальной науки? Каковы были его достижения? Какие научные направления он открыл?

Институт провёл беспрецедентную по масштабу работу, касающуюся нормализации лексического состава и грамматической системы белорусского литературного языка, по изучению её диалектов и истории. Он легитимировал этот язык в семье самостоятельных языков.

Отдел языка и литературы
Отдел языка и литературы. Сотрудники этого отдела легитимировали белорусский язык в семье самостоятельных языков

Инбелкульт ввёл белорусский народ в многовековую историю, имевшую в прошлом формы государственной организации и высокой культуры.

Благодаря Институту началась систематическая работа по выявлению и исследованию археологических памятников Беларуси. Именно сотрудником Инбелкульта К.М. Поликарповичем была открыта первая на территории Беларуси палеолитическая стоянка (у д. Бердыж, ныне – Чечерский р-н Гомельской обл.), а участниками краеведческого движения С. С. Шутовым и Н. Н. Улащиком – городище Банцеровщина, ставшее эталонным памятником одной из археологических культур железного века. Интересно отметить, что одни из первых археологических раскопок были проведены в окрестностях Минска (у деревень Рыловщина и Петровщина в 1925 г., сейчас эта территория находится в пределах г. Минска, соответственно, район ул. Чюрлёниса и ул. Петровщина; у д. Банцеровщина в 1926–1928 гг., и в Заславле в 1926 г.).

Президиум Историко-археологической секции
Президиум Историко-археологической секции. Сотрудники этой секции ввели белорусский народ в многовековую историю, имевшую в прошлом формы государственной организации и высокой культуры

Инбелкульту принадлежит большой вклад в дело охраны памятников археологии, культуры и природы. Нельзя не отметить, что усилиями Института было на время приостановлено разрушение остатков древних храмов Бельчицкого монастыря в Полоцке, сохранявшие фрагменты фресковой росписи. За это время стало возможным провести исследование указанных фрагментов, пока в дальнейшем они не были уничтожены полностью. Благодаря именно Инбелкульту удалось сделать достоянием научной общественности шедевр древнеполоцкого искусства – знаменитый крест Ефросиньи Полоцкой.

Инбелкульт переформатировал культурную память белорусской нации. Ценность и значение некоторых из созданных образов этой памяти, как например, Франциска Скорины, в наши дни не просто сохраняется, но и увеличивается.

Широкий масштаб приобрела деятельность Инбелкульта в области изучения этнографии и фольклора Беларуси.

Институт стал центром собирания, освоения, переработки и использования наследия белорусского народного искусства, создания национальных форм драматургии, музыкального творчества и изобразительного искусства. В этом учреждении берёт своё начало белорусское искусствоведение с его критикой, теорией и историей искусства.

Следует отметить, что при самом активном участии Института была организована Первая всебелорусская художественная выставка, прошедшая в Минске в декабре 1925 – январе 1926 г. На ней экспонировалось более 1000 произведений белорусских художников. Эта выставка показала большой потенциал белорусского изобразительного и прикладного искусства.

Президиум Художественной секции
Президиум Художественной секции. Эта секция стала центром собирания, освоения, переработки и использования наследия белорусского народного искусства, создания национальных форм драматургии, музыкального творчества и изобразительного искусства

В среде литературоведов Института, в условиях свободного обмена мнениями, шёл активный и плодотворный поиск методологических подходов в белорусском литературоведении, в частности, тех, которые преодолевали упрощённость литературоведческих концепций, недооценивавших творческую роль писателя, отказывавших ему в праве на творческую и мировоззренческую эволюцию. Была начата работа по подготовке классического литературного наследия и памятников древней письменности, которая заложила основы белорусской текстологии.

С деятельностью Инбелкульта связано становление направления, в рамках которого изучалось состояние здоровья населения страны и факторы, оказывавшие влияние на его показатели.

В Инбелкульте были заложены основы белорусской флористики и геоботаники, научной типологической классификации лесов Беларуси, природоохранной деятельности. Полученные в Институте результаты послужили условием создания таких научных направлений, как систематический, географический, хронологический анализ флоры, ботанико-географического районирование территории, геоботаническое картографирование, лесотипология и классификация лесной растительности.

Президиум Природоведческой секции
Президиум Природоведческой секции. Сотрудники этой секции заложили основы белорусской флористики и геоботаники, научной типологической классификации лесов Беларуси, природоохранной деятельности, выявили в недрах Беларуси многие полезные ископаемые

Результатом выполнения исследований в области геологии стало выявление на территории Беларуси залежей известняка, доломита, мела, диатомита и опоки, светло-зелёных глин, кварцево-глауконитовых песков, фосфоритов, бурого железняка. На участках, где были обнаружены доломиты и доломитовый известняк, в настоящее время действует предприятие «Доломит» (г. Витебск), где был выявлен мел – «Кричевцементношифер» (Кричевский цементный завод).

Институт предвосхитил многие научные планы, которые были реализованы или стали реализовываться лишь многие десятилетия спустя, а некоторые только в последние годы, например: создание исторического словаря белорусского языка, подготовка многотомного издания по истории белорусского искусства, публикация книг Метрики Великого княжества Литовского, проведение антропологических исследований.

Инбелкульт открыл белорусам и всему миру народ с его языком, культурой, историей, страну с её природой и недрами. Он сформировал научные знания о ней, превратив Беларусь в один из центров научной жизни со своей интеллектуальной элитой.

Но достижения Института нельзя сводить только к одной науке. Инбелкульт стал во главе широкого интеллектуального, культурного и национального движения.

Планомерная и систематическая работа Инбелкульта главным образом через организацию и координацию краеведческой деятельности дала импульс небывалому до этого культурному подъёму в основном в среде учителей и учащихся, составлявших основу краеведческих организаций. К середине 1928 г. краеведы объединяли в своих рядах более 10 тыс. человек.

Краеведение стало в стране одной из высших форм общественной созидательной деятельности. Проводя познавательную и просветительскую работу, популяризируя науку, привлекая к помощи в научных разработках, пробуждая интерес к истории и культуре, окружающей природной среде, призывая к охране памятников истории, археологии и природы, стимулируя проведение собственных наблюдений и исследований, Институт учил ценить достояние страны, её прошлое и настоящее, верить в будущее Беларуси. Ведь то, что ранее было лишь средством коммуникации и повседневной средой (язык, быт, природа и т. д.), приобрело научную значимость и ценность, стало предметом пристального внимания и изучения, превратилось в знаки и символы культурной и национальной идентичности. Институт запустил процесс самопознания нации.

Роль Инбелкульта в культурогенезе и нациогенезе нельзя недооценивать. Он стал системообразующей инстанцией, генератором и выразителем идей, активный, живой и творческий отклик на которые определял новые конфигурации культуры и формировал национальную идеологию. Эта культура и идеология вырабатывали новую систему ценностей, новые модели мышления и поведения, новые способы самоопределения граждан, изменяли их мировидение, культурные ориентиры, формировали чувство исторической и культурной общности, новые горизонты ожидания, мотивировали к активной и созидательной деятельности. Данная культура и идеология к концу 1920 – началу 1930-х гг. окрепли настолько, что стали представлять серьёзную угрозу для идеологии правящей партии.

Центральное бюро краеведения
Центральное бюро краеведения. Планомерная и систематическая работа этого бюро дала импульс небывалому до этого культурному подъёму в стране

В 1930-е гг. жизнь многих видных деятелей Инбелкульта закончилась трагически. Им были предъявлены обвинения в политических преступлениях против советской власти. Многие из них были репрессированы. Сам же Инбелкульт, стоявший у истоков белорусской национальной науки, был объявлен сосредоточием враждебных, нацдэмовских, контрреволюционных сил и на многие десятилетия предан забвению.

Но история рассудит. Она уже выносит справедливый приговор. В доброй, достойной и вечной памяти, позволяющей гражданину и нации пройти сложный путь самопознания, найти главные ценности и смыслы, отделить подлинное от ложного и преходящего, возвысить народ и создать будущее страны, останутся лишь те, кто, руководствуясь высоким призванием в познании тайн мироздания и поиске вечной истины и гармонии, проповедовал жизнь, творчество, поиск и созидание. Сказанное относится и к деятелям Инбелкульта.